?

Log in

No account? Create an account

[reposted post] Большеглазый черный кот

Не верьте тем, кто считает встречу с черной кошкой дурным знаком. Взгляните на  картины красноярского художника Виктора Воронова (1955-2016)  и большеглазый черный кот принесет вам удачу.



[еще]





А для поднятия настроения  прочтите  стихотворный комментарий   Анны Поршневой  anna_porshneva
Если ты шерстью черней гуталина,
Только огромные эти глаза
Скажут, что темный ты только снаружи,
А изнутри - светел, словно слеза.
Ну, и опять же: допустим, вот столик,
Мирно лежала на нем колбаса...

Разве возможно, чтобы у вора
Были такие большие глаза?

[reposted post] Мерентяхти — Звезда Моря

Взор замутнён, душа полна обманом,
Паденьем страстным отяжелена...
Светла, как встарь, над шумным океаном
Лишь Ты одна.
(© Д.А.)

Четырнадцатое октября, праздник Покрова, за бортом +17Collapse )
В преддверии конференции памяти выдающегося эфиописта С.Б.Чернецова, которая состоится завтра в Кунсткамере, хочется сказать несколько слов об этом человеке и о его роли в моей жизни.
Севир Борисович долгие годы был, как говорят в волшебной сказке, моим волшебным помощником. Будучи эфиопистом и историком, он живо интересовался смежными востоковедными дисциплинами - семитологией, арабистикой и даже ассириологией. Будучи этнографом, он никогда не применял к объекту метод эмпатии, стараясь объективно понять то или иное явление через анализ текстов и обычаев. Будучи атеистом, он отлично разбирался в истории религии и даже в ее психологии, очень тонко понимая мотивации и чувства верующих людей.
Все мои встречи с Чернецовым происходили на лестнице перед выходом с Восточного факультета. В 1992 году я заканчивал университет. Уже была готова статья по дипломной работе, но я не знал, где ее публиковать. Севир Борисович сказал, что недавно сотрудник Кунсткамеры Игорь Алимов основал новое издательство "Петербургское востоковедение", и он порекомендует меня ему. Так началась счастливая судьба моих статей и книг в лучшем востоковедном издательстве России.
В самом начале сентября 1995 года встреченный также на лестнице факультета Чернецов сообщил мне, что он основал конференцию памяти Б.А.Тураева и просит меня принять в ней участие. Это была великая честь, потому что я со студенческих лет не делал докладов на Восточном факультете, и интересная задача, потому что о Тураеве-ассириологе никто не писал. Я сказал Чернецову, что буду писать о тураевском понимании шестой таблицы Гильгамеша и сравню аккадский текст с только что открытым шумерским. Но прежде я пойду со своим докладом к Дьяконову, чтобы он все прочитал и проверил. Аспирантом Игоря Михайловича я был уже второй год. Дьяконову доклад понравился, он велел мне вставить его в мой научный отчет за 1995-й год, и я с легким сердцем отправился на конференцию. К сожалению, об этом событии нет почти никакой официальной памяти. День конференции я не помню, но проходила она в сентябре, о чем свидетельствует автореферат моей кандидатской диссертации. Называлась она "Конференция памяти Б.А.Тураева" и проходила в Петровском зале Двенадцати коллегий. Вел конференцию академик и декан Восточного факультета М.Н.Боголюбов. Всего было шесть докладов - три, перерыв в полчаса и еще три. Народа было мало. Первый доклад читал сам Боголюбов, он был посвящен роли Тураева в изучении церковной истории. Далее помню доклад Севира Борисовича об изучении агиологических источников по истории Эфиопии после Тураева, свой собственный доклад (он был третий). После перерыва выступала гебраист и антиковед Маргарита Владиленовна Иванова, которая говорила о Премудрости в Книге Притч, и далее были еще два доклада, которые забылись совершенно. В начале конференции выступал какой-то чин из ректората, который ушел сразу после своей речи.
После конференции Чернецов сказал мне, что необходимо напечатать все доклады в журнале "Кунсткамера"  и чтобы я занялся сбором материала. Боголюбов отказался печатать свой доклад, двое других докладчиков обещали дать статьи, но не дали. И в результате в 10-м номере за 1996 год были напечатаны только три статьи из Тураевской конференции - Чернецова, моя и Ивановой. Севир Борисович очень надеялся, что Тураевская конференция станет ежегодной, и что в ней примут участие люди всех специальностей, которыми занимался Тураев: египтологи, ассириологи, эфиописты, семитологи, историки Церкви. К сожалению, при его жизни это не получилось. Есть надежда, что может получиться сейчас.
Осенью 1996 года Севир Борисович Чернецов много беседовал со мной о моей кандидатской диссертации. Ему было интересно все, что связано с праздниками и с календарем. И совершенно неожиданно он предложил мне себя в качестве первого оппонента. Я ужасно обрадовался, потому что чувствовал его искренний интерес к моей теме. Потом у него образовалось множество неотложных дел, и он сказал, что вряд ли сумеет прочесть мою работу. Что-то мешало ему. Но зимой 1997 года он вновь изъявил согласие, и через полгода я получил самый лучший, самый полезный отзыв, о котором и не мечтал. И в тексте отзыва, и в публичном выступлении на защите Севир Борисович сказал, что диссертация представляет собою кассу с кармашками, и диссертант будет заполнять эту кассу всю свою жизнь, потому что сейчас где-то есть карточки, где-то их даже много, а где-то нет совсем. Но будут известны новые тексты - и постепенно ячейки заполнятся. Надо сказать, что я вспоминаю эти слова всякий раз, когда пишу очередную статью или книгу о календаре и календарных ритуалах. Одним взглядом Чернецов проник в самую суть моей работы и одним образом на долгие годы определил ее содержание.
В нулевых годах наши беседы были печальны. Все на той же лестнице Чернецов рассказывал мне о сокращении африканистических проектов в Германии, о том, с каким трудом устраиваются на работу его ученики. Но больше всего - о грядущем конце науки и образования как в Европе, так и в России. Он оказался бОльшим пессимистом, чем можно было ожидать от этого остроумного, скептического и временами очень смешливого человека.
Встретить на своем пути такого собеседника и помощника, как Севир Борисович, было большой удачей моей жизни. И удачей неожиданной, потому что помощь эфиописта ассириологу это тот приятный сюрприз, который почти невозможен в современной науке при узкой специализации и узком мышлении большинства ученых. Чернецов отличался от этого большинства широтой интересов и глубиной проникновения в Иное, будь это Иное религией эфиопов или календарными праздниками шумеров.

http://www.kunstkamera.ru/science/konferencii_i_seminary/2018/ephiopia/

http://www.kunstkamera.ru/index/science/books/books/kunstkamera_etnograficheskie_tetradi_spb_1996_vyp_10/
Русские прописи образца 1788 года






Билет гимназиста Лютца А.И., 1902 год.


Атлас И.А. Тихомирова



Read more...Collapse )
Не так давно мы показывали сравнение со снимком Прокудина-Горского Борисоглебская церковь. Суздаль 1912 г., которое сделал в 2017 г. Денис Тюркин с помощью квадрокоптера.

Давайте ещё раз сопоставим фрагменты этих снимков:
Борисоглебская церковь 1912-2017

Именно так на протяжении всей туристической истории Суздаля выглядела Борисоглебская церковь после реставрации Варганова 1961 г., которая явно осталась незавершенной.

И вот как преобразился этот барочный храм спустя всего год:

Смотреть дальше...Collapse )

[reposted post] Один сон на двоих

Луис Уэйн (1860-1939).

[reposted post] Бетси играет с котенком

Девочка с котенком картины французского живописца Франсуа-Юбер Друэ (1727-1775) считалась кузиной Жанны Дюбари, последней фаворитки Людовика XV. Однако, есть версия, что малышка Бетси - дочь Жанны,  плод любви семнадцатилетней красавицы и модного парикмахера мсье Ламета. Ее рождение было ловко скрыто, девочку удочерил брат Жанны, но всю жизнь мадам Дюбари заботилась о своей "кузине", как о родном ребенке.